Падение Авелора  - Алекс Рауз

Верили ли в богов родители, Нэсса не знала. Но раз в год, перед празднеством, они заставляли всю семью идти в храм и полчаса стоять перед статуей Безликого, воплощением фортуны, которую так ценили воры и наемники. Что надо делать в это время, Нэсса не представляла. Молиться? Она даже в детстве не верила в чудеса. Поэтому каждый год считала цвета в оконных витражах, и каждый год цифры не сходились. Повсюду пахло приторными благовониями, от которых кружилась голова. Толпа прихожан теснилась, толкалась и роптала, вызывая раздражение. А на нее надевали противное девчачье платье светлых тонов, которое вечно жало под мышками и непривычно холодило битые коленки. Возможно, именно это влияло на точность подсчетов. Со дня побега из Эрола Нэсса больше не посещала храмов даже ради толстых кошельков верующих.

Зачем верить в богов, которые, так же как и обычные смертные, не могут рассказать, что же было восемьсот – девятьсот лет назад? Лучше верить в себя, а теоретизировать может каждый дурак.

Поэтому ей впервые не хотелось язвить в ответ на вопрос Адалии. Ведь действительно интересно! Маги умели прятать свои секреты лучше любых воров.

– Наш мир существует гораздо дольше тысячи лет, но ни одного свидетельства былой цивилизации не осталось. Катастрофа случилась так давно, что уже несколько сотен лет назад люди перестали спрашивать, перестали помнить.

Солнце пробивалось тонкими лучиками сквозь кроны вековых дубов, причудливо играло на лицах. Лес неприятно и непривычно молчал, но более ничем не выдавал своей предполагаемой неестественной сущности. Казалось, он старался не вызывать подозрений, что выходило у него вполне успешно.

Нэсса усмехнулась собственным мыслям. Ага, будто лес мог затаиться и ждать, пока они зайдут поглубже. Конечно.

Адалия выдержала короткую чувственную паузу и продолжила:

– Первокурсникам в академии рассказывают красивую сказку о том, что тысячу лет назад произошло Великое Слияние миров, и отсталая цивилизация канула в небытие, уступив место прогрессу и магии. И все стали счастливы. Но на самом деле это величайшая трагедия для всех наших миров. Так и осталось неясным, кто же запустил механизм разрушения, стерший почти дотла саму жизнь. Смутные времена, именуемые сейчас досточтимыми священниками «тьмой», длились больше сотни лет. Миры разбивались один о другой и гибли, с небес десятилетиями шел огненный дождь, сметавший последних выживших. Именно тогда к нам и пришла магия, в числе прочих напастей. К сожалению, история упускает пути, которыми мы смогли ее обуздать, но факт, – она щелкнула пальцами, вызвав короткий всплеск пламени на их кончиках, – налицо. Что было дальше, не знаем даже мы. Десятки лет люди боролись и искали решение, как сохранить в целости остатки хотя бы нашего мира. И, в конце концов, нашли, миры начали закрываться. Во многих из них не было разумной жизни, большинство миров погибли. Одной из последних осталась так называемая «преисподняя», которой пугают нас служители богов. В отличие от других встреченных нами рас, демоны не желали договариваться. Они являлись захватчиками, поглотившими не один мир, в то время как их собственный погиб.

Адалия перевела взгляд на спину Рида. Он молчал, но явно слышал их разговор.

– А дальше? – спросил Мартин. Его лицо выражало живейший интерес, он чуть не подпрыгивал в собственном седле. Впервые за долгое время он снова позволил мелькнуть на лице тому детскому выражению, честному, открытому и слегка наивному, которое видела Нэсса при первой встрече. Нет, милый Мартин, это была не твоя маска, а часть твоей сути, которую ты так искусно прячешь.

– Позорный проигрыш и сделки, все, как обычно, – угрюмо бросил Даниэль, не оборачиваясь.

– Но разве мы не победили? Ведь жизнь все еще существует, мы не порабощены и не захвачены.

– Нет, Мартин, мы не выиграли этот бой, – снова ответила Адалия. – Я не знаю, насколько близки были люди к победе. Нам помогали другие разумные расы, но я даже вообразить боюсь, что было, когда демоны самолично бродили по нашей земле…

– Мы договорились о торгах, – продолжил Рид. – Возможности торгов в любой момент, для каждого желающего, для любого человека, рожденного и живущего на этой земле. Демоны тоже терпели поражения, но не такие сокрушительные, как мы. А потом люди нашли компромисс, они всегда умели продаваться. Ведь у нас есть ресурс, который демонам важнее всяких миров. Тот самый, что продлевает их существование на сотни лет. Тот, который позволит им при желании прийти снова и выиграть войну.

– Души, – шепотом произнесла Нэсса, догадавшись. Никто не откликнулся, но сомнений в верности ответа не возникло.

– Битва и договор были заключены на этом месте? – решил уточнить Мартин.

– А еще здесь лежат куски земли их родного мира. И многих других. Не смотри на меня так удивленно, причин мы не знаем. Поэтому маги и вырастили лес.

– Как немой укор, – усмехнулся Даниэль.

– А слухи тоже маги распустили? – спросила Нэсса.

– Вот мы и узнаем сегодня. – Рид впервые обернулся и растянул губы в зловещей улыбке.

– Тьфу на тебя, – рассмеялась воровка. – Лишь бы тумана напустить, злобный колдун.

– Ну, если тебе будет страшно… – Он многозначительно повел бровью.

– То я тебя первым прибью, чтобы не запугивал.

На этот раз рассмеялась даже Адалия, только, в отличие от остальных, как-то не слишком весело.

– Зачем же тогда ваш Альберт назначил встречу в таком приятном месте? – спросила Нэсса.

– Отметает хвосты.

– Тогда нам остается надеяться на то, что наши преследователи испугаются слухов?

– А разве я говорила, что эти слухи беспочвенны? – холодно поинтересовалась Адалия и снова посмотрела в упор на Нэссу. В ответ воровка лишь хмыкнула, но взгляда не отвела.

– А далеко нам еще ехать? – Мартин примиряюще вклинился между девушками. Легким движением каблуков Адалия отправила лошадь вперед и поравнялась с Ридом.

– Не знаю. – Маг никак не отреагировал на соседство. – Но мы сразу поймем, когда доберемся.

Стемнело резко, будто кто-то незримый задул свечу. Нэсса попыталась понять, когда она пропустила наступление сумерек, но услужливая память подсказывала, что еще минуту назад солнечные отблески приятно грели щеки. Глаза довольно быстро привыкли к темноте, да и не была она такой поглощающей, какой показалась в первую секунду. Девушка спокойно различала фигуры спутников и тропу между деревьями. Но, подняв голову вверх, к своему удивлению, увидела звездное небо без малейших следов недавнего заката.

– А сколько сейчас времени?

– Вечер. Кажется, часов пять после полудня, – неуверенно ответил Мартин. Видимо, его память тоже подводила. – Или семь…

– Каковы шансы, что Слэн специально заманил нас сюда? – спросила Нэсса.

– Никаких, – уверенно ответил Рид.

– Ты так хорошо его знаешь?